заметки о неравенстве полов

Традиционно мыслящие женщины оскорбляют мужчин, когда ведут себя по отношению к ним как к глупым детям, которых надо постоянно обманывать, или инвалидам, за которыми надо всё время убирать, готовить и стирать для них. Это оборотная сторона патриархата.

Если бы я была похожа на то представление обо мне, которое создают завистливые сплетники, или на традиционно-шовинистическое представление о феминистке, - я бы к себе не подошла даже под угрозой смертной казни.

Произведения искусства, созданные женщинами, изумительны. Их градус колеблется между книгами, потрясающими основы основ, все основы всех основ, выворачивающими наизнанку все предрассудки, - и слезливой галиматьёй, авторы которых боятся оскорбить слух кисейных барышень.

Не отношусь к тем лесбиянкам или бисексуалкам, которые терпеть не могут геев. Я их люблю. Я не люблю только тех геев, которые не любят женщин. В чисто человеческом смысле, разумеется.

(…) Почему девчонки истерически влюбляются в эстрадных кумиров, преследуют их, сходят с ума и режут вены?

Потому что им с детства внушают: активная роль в отношениях отводится мужчине, а ты – сиди и жди, пока к тебе подойдут. Но активность или пассивность обуславливается не полом, а типом характера или ситуации. Сам факт того, что человеку отведена роль исключительно субъекта, в то время как всё внутри него восстаёт против этой роли, ломает психику. Подростки очень ранимы, психика у них неустойчива, в результате – неосознанный бунт, выливающийся в столь уродливые формы.

Девчонки стесняются открыто проявить к парню симпатию: про них будут говорить, что они бегают за ним, вешаются на шею, что порядочная девушка так себя вести не должна. А тут как бы всё разрешено. Официально разрешено – влюбляться, дарить цветы… Ну, девицы и слетают с катушек. Вполне адекватная реакция психики. Вполне предсказуемый результат идиотского воспитания.

А парни, которым внушают, что они не должны влюбляться, жертвовать собой ради женщины и т. п., а должны только «иметь» «тёлок», должны ставить на первое место работу, - конвертируют нерастраченный эмоциональный потенциал в драки, скандалы, чаще всего – футбольное хулиганство.

Сейчас, чтобы стать мужчиной и женщиной, надо сначала перестать быть мужчиной и женщиной.

(…) Совет мужикам: вместо того, чтобы строить из себя защитников отечества и баб (не ради последних, а ради самолюбия), лучше пусть защищают собственную потенцию от вредоносного влияния алкоголя.

Женщине в отношениях с мужчиной надо любить прежде всего себя, а отношениях с другой женщиной – её. Один из самых простых выходов.

Мужчины-шовинисты ненавидят эмансипанток не потому, что те претендуют на место, которое для них чересчур высоко, а потому, что мало кто из мужчин смог бы проявить такую силу воли и свободолюбие, окажись он в столь стеснённых обстоятельствах. Те, кому мы самим фактом своего существования напоминаем об их неполноценности, не любят нас больше всего.

«Для меня настольная книга – не «Унесённые ветром», а руководство по самообороне», - так я написала в 2002 году. А теперь я понимаю, что «Унесённые ветром», в сущности, и есть руководство по самообороне, только менее радикальное.

(…) В последнее время критики стали терпимо относиться к женщинам, пишущим о мужчинах-гомосексуалистах (начиная от Маргерит Юрсенар). Разумеется. Ведь геи, что бы ни говорили о них «настоящие» мужчины, - были и остаются мужчинами. И геи, как бы к ним натуралы ни относились, - тоже существуют в рамках патриархата. А нас – не существует.

Один мой любовник, подрабатывавший сочинением макулатуры на заказ, сказал, что примерно четверть дамских романов пишут мужики, поэтому и выходит такая чушь. Но женщины, добавил он, душещипательные романы писать вообще не умеют.

Оголтелые мужские шовинисты – Вл. Гусев, Казначеев, Замшев, Юрий Никитин, Трапезников, Леонид Сергеев, Климов, Агаев, Жуховицкий, Сомов, Шевцов, Козенков… если я буду перечислять дальше, получится многотомный роман из одних фамилий, - в наше время, как правило, пишут скверно. Если раньше духовная свобода мужчин определялась степенью зависимости женщин, на фоне которых они чувствовали себя венцом творения, то сейчас она определяется способностью отдаляться от устаревших стереотипов.

Я раньше думала о смене пола, как сейчас – об эмиграции. Мне казалось, что быть женщиной – это предельная несвобода для таких, как я; но я стала феминисткой и почувствовала себя гораздо более полноценным человеком. Оказывается, со мной всё в порядке, это с Россией не всё в порядке (2001).

Кирзовые сапоги, даже на размер-другой больше твоего, намного удобнее туфель на шпильках, а тяжёлый рюкзак удобнее дамской сумочки, в которую ничего не помещается, поэтому руки у несчастных баб вечно заняты кучей пакетов.

Я знаю, о чём говорю: проверяла.

(…) Если мужчина не изменит своё отношение к миру, он будет достоин только ненависти, равнодушия или, в лучшем случае, садомазохистской привязанности какой-нибудь истерички, от которой он рано или поздно в ужасе сбежит.

Идёшь к женщине – не забудь плётку. Но если идёшь к настоящей женщине, оставь всю

свою коллекцию плёток дома и не вспоминай про них.